Война против рака

// // Научно-популярные материалы //

Сложно удержаться от метафор, когда пытаешься популярно объяснить суть специализированного исследования. Пишешь о поисках теории всего, описывающей взаимодействия всех существующих в природе сил и частиц, и ловишь себя на использовании выражений вроде «святой Грааль физиков». Но это и понятно: мои самые продуктивные годы пришлись на золотой век метафоры, когда американские «супергерои» боролись с врагами из-за «железного занавеса» за первенство в «космической гонке».

 

После победы в этой гонке место прежних метафор заняла новая, пребывающая на первых полосах газет и по сей день вот уже 40 лет, — «война против рака». Понятие это вошло в обиход с легкой руки бывшего президента США Ричарда Никсона (Richard Nixon). В его время мир раздирали войны неметафорические — вьетнамская, «война Судного дня» на Ближнем Востоке, холодная война. Эти войны стали уже фактом истории, и лишь война против рака до сих пор бушует.

И всё же за закрытыми дверями многие специалисты признают, что сама идея полной победы над раком нелепа. Хотя энтузиасты в благотворительных фондах продолжают вещать о том, как мы в конце концов сокрушим эту болезнь, с которой рано или поздно сталкивается каждый третий житель Земли.

На первый взгляд, статистика в их пользу. С момента объявления этой войны продолжительность жизни больных раком удвоилась, методики лечения некоторых злокачественных опухолей заметно шагнули вперед. В качестве примера благотворители нередко упоминают рак яичка и детскую лейкемию. Ни то ни другое уже не является смертным приговором, как было раньше. Но тут всё дело в счастливом стечении обстоятельств. В первом случае повезло с растительным экстрактом, которым собирались лечить диабет, во втором помогли результаты экспериментов по влиянию электричества на микробов.

И что, прекратить финансирование таких исследований? Нет, конечно. Ученым удалось выиграть несколько крупных сражений — от идентификации связанных с раком генов до уменьшения побочных эффектов химиотерапии. И речь уже идет о новых стратегиях ведения войны против рака. Д-р Роберт Гатенби (Robert Gatenby) из Онкологического центра Моффитта (США) считает, что вместо стремления к победе над раком нужно учиться сдерживать его долгое время. Эта стратегия уже оправдала себя с другими опасными болезнями.

Так, до сих пор нет лекарства против СПИДа, но с середины 1990-х годов смертность снижена примерно на 80% благодаря высокоэффективной антиретровирусной терапии, когда вызывающий СПИД вирус иммунодефицита человека (ВИЧ) сдерживают одновременным воздействием нескольких препаратов. В терапии неизлечимого генетического заболевания муковисцидоза наметился не менее впечатляющий прогресс благодаря исследованиям, направленным на сдерживание последствий заболевания, а не на его искоренение.

Сработает ли такой подход в случае рака? Есть поводы для оптимизма. Давно известно, что массированная атака не убивает самые агрессивные раковые клетки, которые после лечения быстро и с фатальными последствиями начинают распространяться по телу. Некоторые виды рака можно успешно сдерживать периодическими «упреждающими ударами», которые гораздо эффективнее «массированных бомбардировок».

Многие ученые, несомненно, воспротивятся подобным «уступкам». И всё же после 40 лет безуспешных попыток вырвать победу из лап могущественного противника пора пробовать новую стратегию борьбы. А с ней и перейти на новые метафоры.

РОБЕРТ МЭТЬЮС (Robert Matthews) — приглашенный лектор Астонского университета в Бирмингеме (Великобритания)